Информационный сервис Каспинфо  
информационный сервисбиблиотекафорум экологических организаций  
go to english vertion

Сервис Каспинфо
оперативная экологическая информация

Библиотека

Календарь событий
конференции и семинары

Вахта Каспия
общественный экологический контроль

Сохранение биоразнообразия
проблемы и решения

Проект Каспинфо - GIS-LAB


КАСПИЙ - ПЕРСПЕКТИВА В XXI ВЕКЕ

Анатолий Тарасов
anatolytarasov@mtu-net.ru

Пользуйтесь, но не злоупотребляйте - таково правило мудрости.
Вольтер

Русский осетр и русская икра в XIX веке стали визитными карточками России на Мировом рынке продовольствия. В середине XX века ежегодный вылов осетровых рыб в СССР превышал 30 тыс. тонн и составлял 90-95% от общемирового уровня. К этому времени из-за хищнического официального промысла были практически утрачены запасы осетровых в Амуре и Сибири, дававших в рекордные годы по 1.2-1.5 тыс. т, в Арале - 0.25, а уловы в Азово-Черноморском бассейне после строительства гидроузлов упали до 1.2-1.4 тыс. т/год. После перекрытия Волги плотиной Сталинградской ГЭС была потеряна значительная часть наиболее эффективных нерестилищ осетровых в Каспийском бассейне. Однако еще в начале 1980-х годов перспектива увеличения вылова каспийских осетровых до 50 тыс. т/г не казалась фантастикой.

В то время СССР был фактически монопольным экспортером каспийской черной икры, а Иран отчислял компенсационные платежи за воспроизводство осетровых на советских рыбоводных заводах. После распада СССР ресурсы Каспия конфликтно делят пять независимых государств. В настоящее время ведущая роль российской продукции на рынке рыбных деликатесов утрачена как по качеству, так и по количеству. Каспийское красноловье на рубеже веков рухнуло. В 2002-03 гг. легальный вылов осетровых Российской Федерацией сократился до 0.6 тыс. т/г. В 1931 г. только на Оби вылавливалось гораздо больше сибирских осетров и стерлядей. Симптоматично, что импорт черной икры белого осетра (Acipenser transmontanus) с ферм Калифорнии на Европейский рынок под торговой маркой "Sterling Caviar" сопровождается не только упоминанием о её замечательном вкусе, но и о серьезном снижении качества русской икры (Russian caviar). Факты есть факты, поэтому о недобросовестной конкуренции в этом случае можно говорить в самую последнюю очередь.

Экологическая и промысловая ситуация на Каспии (пассивный сценарий)

Основные негативные факторы, десятилетиями ухудшающие экологическую и рыбопромысловую обстановку в Каспийском бассейне, известны: вселенцы, гидростроительство, загрязнение (в т.ч. нефтяное), промысел (включая браконьерский). Дабы избежать дискуссии о ведущем вкладе каждого из них, они перечислены в алфавитном порядке. Развитие ситуации логично описать во временном аспекте и взаимосвязи, предварительно подчеркнув, что данные о существовании зависимой популяции мнемиопсиса в Туркменском заливе не оставляют шансов на удачу планируемой интродукции сюда бероэ с целью ограничения численности очередного чужеродного вида. Его разрушительная роль становится все более очевидной, а по заявлению директора КаспНИРХ М.И. Карпюка "на ближайшие пять лет с килькой ничего хорошего ожидать не приходится". Более того, в 2003-04 гг. можно ожидать прекращение промысла анчоусовидной кильки. Официальный прогноз (ОДУ) на 2003 г. остановился на критическом рубеже 30 тыс. тонн. Ниже него работа судов, оснащенных рыбонасосами, становится экономически не выгодной. Фактически роль первого "гребневикового" поколения основного промыслового вида, появившегося в 2000 г. равна аналитическому нулю. Поэтому реальные уловы могут быть значительно меньше. Не будет сюрпризом, что с III-IV квартала 2003 г. анчоусовидная килька не будет формировать промысловых скоплений. Большеглазая не образует их на небольших глубинах, а обыкновенная держится в прибрежных районах. Ее промысел в 1950-х годах обеспечивал вылов 20-25 тыс. т/г и не способен компенсировать потери основного промыслового вида.

Трудно рассчитывать, что все рыбопромысловые суда будут переведены в другие районы, переоборудованы или утилизированы. Вероятнее всего, частично они будут перенацелены на добычу крупных сельдей. Проще всего ее организовать в Северном Каспии во время нерестовой миграции форм, размножающихся за пределами весеннего ареала мнемиопсиса. Селективные орудия лова, позволяющие вылавливать сельдей без прилова осетровых, отсутствуют. Поэтому продолжение агонии сельдяного промысла в состоянии только ускорить сокращение запасов осетровых. Усилиями рыбаков и желетельного вселенца, лишившего пищи планктоядных рыб, солоноватоводные сельди не будут представлять промыслового интереса после 2004-07 гг. Промысел анадромных прекратился еще в 2001 г. уловом, не превысившим 10 тонн. Официальная цифра вылова волжской черноспинки в 2002 г. не достигла и центнера.

Из каспийских осетровых, белуга была самым уязвимым видом с момента организации промысла. Ее роль в уловах (абсолютная и относительная) заметно сокращается на протяжении последних 150 лет. Появление и массовое развитие мнемиопсиса отрицательно сказалось на состоянии популяций килек и, как следствие, на питании хищников высших порядков. В июне 2000 г., когда в Северном Каспии изредка отмечались лишь яйца гребневика, кильки составляли половину рациона белуги, которая имела накормленность, близкую к оптимальным значениям. В августе, при увеличении плотности популяций мнемиопсиса в 70 раз, они исчезли из рациона хищника. Еще через месяц плотность популяции вселенца увеличилась еще на порядок (в 500 раз по сравнению с июнем), а интенсивность потребления пищи белугой снизилась до минимума. У 70% рыб пищеварительные отделы были пусты. Остальные особи довольствовались случайными пищевыми объектами, а в их рационе отсутствовали не только сельдевые, но и бычковые рыбы. Мгновенной гибели белуг от голода не произошло из-за присущей всем осетровым пищевой пластичности и способности белуг потреблять крупных сельдевых, карповых и окуневых рыб.

Ухудшение условий питания каспийской белуги после появления мнемиопсиса можно сравнить с негативным влиянием организации масштабного килечного промысла в 1950-х годах и массовым развитием диатомовой водоросли ризосолении (Pseudosolenia calcaravis) после 1934 г. Цветение ризосолении (~610*106 т/г сырой биомассы), являющейся пищевым тупиком, обходилось минимум 2.9 млн. т/г продукции анчоусовидных и обыкновенных килек, что на порядок превосходит их максимальные уловы за последние 30 лет (150-377 тыс. т/г). Эти короткоцикличные пелагические рыбы в прошлом, вероятно, играли более существенную роль в нагуле белуги, поскольку резкое сокращение ее роли в уловах (с 16.9 до 9.2-9.6%) произошло в период интенсификации каспийского красноловья с 1946-50 по 1951-60 гг. Обвал абсолютных уловов каспийской белуги начался в 1937-38 гг. (рис. 1.2-3) после исчезновения основной части высокоурожайных "доризосоленевых" популяций зоопланктофагов. Интенсивное снижение средней массы вылавливаемых рыб (рис. 1.4-5) в предшествующий период показывает, что изъятие промыслом были гораздо выше пополнения популяции.

Считается, что формирование биомассы белуги после 1970-х годов происходит преимущественно (85%) за счет донных трофических сетей (через потребление бентосоядных рыб) и в меньшей степени (15%) пелагических (планктоядных рыб). Тем не менее, при обсуждении перспектив каспийского красноловья неоднократно предлагалось снизить интенсивность килечного промысла. Собственно желание сохранить кормовую базу белуги было причиной прекращения прибрежного промысла обыкновенных каспийских килек в прошлом. По данным за 2001 г. якобы произошло увеличение запасов обыкновенных килек. Но улучшения трофической ситуации при исследовании питания белуги в 2001-02 гг. не отмечено. Поэтому нельзя исключать, что ее биомасса сократится в ближайшие годы. Причем роль в этом негативном процессе промысла (браконьерского или легального) будет несравненно меньшей, чем во второй половине 1930-х годов.

De jure промысел белуги прекращен Российской Федерацией с 1999 г. и Республикой Казахстан с 2001 г. Официально она вылавливается для научных целей и воспроизводства. Объем заготовки производителей для Волжских в ОРЗ 1997 г. составил 92,3% плана, а в 1998 г. упал до 76,5%. Запрет на ввоз белужьей икры в США, введенный в конце октября 2002 г., скорее скажется на прибылях местных бизнесменов, чем на бюджетах Прикаспийских государств. Во второй половине 2002 г. розничная цена за килограмм черных жемчужин там достигла 6000 USD, тогда как у ОАО "Атыраубалык" она закупалась по оптовым ценам от 300 до 600 USD. Однако в тоже время Европейский союз снял ограничения на ввоз черной икры из Казахстана, действовавших последние 4 года. Легальную торговлю белугой на ярмарках в Астрахани можно наблюдать даже в новостных программах общероссийских телевизионных каналов. Подобную модель могут реализовать все Прикаспийские государства, за исключением Туркмении, не имеющей ни рыборазводных заводов, ни научных учреждений рыбохозяйственного профиля. Кроме того, у всех без исключения государств существует легальная возможность реализации конфиската, по меньшей мере, на внутренних рынках.

Осетры (русский и персидский) и севрюга, составляющие основу современных уловов, оказались в несколько лучших трофических условиях. Однако тенденции негативных процессов в донных сообществах Северного Каспия с 2000 г. в значительной степени повторяют те, что наблюдались ранее в Азове. Краткосрочный прогноз по этим видам представляет чрезвычайную сложность, но ожидать, что их уловы сохранятся на современном уровне во втором десятилетии XXI века, не приходится. Ситуация может резко ухудшиться в том случае, если одной из причин миопатии каспийских осетровых являлось не только антропогенное загрязнение, но и токсичность нереиса. К резервам промысловой базы рыбной промышленности на Каспии можно теоретически отнести возобновление промысла тюленя, раков и интенсификацию вылова кефалей.

Уловы кефалей в 1955-61 гг. в Туркмении, Азербайджане и Мангышлакском районе Казахстана составляли 0.76-1.5 тыс. т/г. Предполагалось, что их объем может быть увеличен в 2-3 раза за счет облова подвижных раздробленных косяков, нагуливающихся на большой акватории. В 1969-78 гг. они закономерно упали до 0.26-0.71 тыс. т/г. ОДУ на сингиля в России на 2002 г. определен в размере 0.3 тыс. т, что меньше лимита вылова леща (0.55) и сравнимо с ОДУ красноперки (0.28) и щуки (0.26) в Дагестане. Промысел активных кефалей в открытых водах нигде в Мире не является рентабельным, а основная часть улова добывается в бухтах и заливах. Посему и в Каспии они будут иметь значение лишь для организации прибрежного местного промысла преимущественно в Иране, Туркмении и Казахстане.

После прекращения боя тюленей и сокращения объема научных исследований не известны даже точные данные о промысловых запасах. Гибель в результате чумки и значительное сходство спектра питания с белугой оставляют мало шансов на процветание популяции второго крупного хищника в Каспии уже в ближайшие годы.

С 1959 г. в Красноводском заливе добывалось 10-120 т/г раков. В 1969 г. большая часть промысловых площадей вошла в орнитологический заповедник. В 1980-х годах уловы составили около 5 т/г, а в 2001 г. запасы оценивались около 500 т. Поэтому они могут представлять интерес для местного промысла в Туркмении и Казахстане.

Еще несколько лет назад, после создания НПЦ "Биос" в Астраханской области рассчитывали получать из прудов около 1 тыс. т/г товарной продукции осетровых. Но в 2001 г. было реализовано в 17 раз меньше продукции, а производство традиционных видов не превысило 10 тонн. Деятельность центра, по информации астраханских СМИ, в экспорте генофонда каспийских осетровых была более успешной. Фактически создание основы товарного производства осетровых и черной икры в США и странах Европы произошло значительно раньше. Это было связано не столько с утечкой посадочного материала, сколько "мозгов", а также доступностью данных о биотехнологиях. Бесперспективность товарного осетроводства в неприспособленных прудах южных зон рыбоводства продемонстрирую единственной особенностью экологии осетрообразных. Абсолютно для всех видов температура 28-29оС является предельной для трофической активности, а длительное повышение до 30-32оС - летально. Поэтому не далек тот день, когда Прикаспийские государства будут импортировать эрзацы своего национального достояния из новых икорных столиц. До этого времени они будут торговаться друг с другом за долю в лимитах вылова, сокращающихся год от года подобно шагреневой коже.

Изменения, которые происходят в Каспии под влиянием чужеродных видов около 70 лет, абсолютно негативны, а в подавляющем большинстве случаев необратимы. Исчезновение многощетинкового червя мерцириеллы, чей ареал был приурочен к нескольким заливам, единственный пример вымирания успешного вселенца. Развитие мнемиопсиса, освоившего практически всю водную толщу, будет иметь более серьезные последствия появления в Каспии, чем всех остальных вселенцев, вместе взятых, а ущерб аналогичен практически полной потере рыбохозяйственного значения Азовского моря. Уже в первые два года массового развития в Азове его популяция аккумулировала 97% энергетических потоков. Остальные 3% оставались на основных промысловых рыб (анчоуса и тюльку). Позднее это соотношение существенно не изменилось. Желетельные и, в первую очередь мнемиопсис, в энергетическом эквиваленте составляли 67% биомассы в пелагиали опресненного Таганрогского залива и 98% за его пределами. После завершения интенсивного и непродолжительного периода трансформации каспийской экосистемы эпитет "моря осетровых" с полным правом заменит "море желетельных". Не исключено, что и биологической слизи будет найдено применение. Однако рассчитывать, что она сможет компенсировать потерю рыбного белка не приходится.

Окончательное решение основных, если не всех, экологических проблем комплексного использования Каспия объективно выгодно природопользователям, за исключением рыбопромышленников. Но эти преимущества вряд ли сразу же востребуются, поскольку еще некоторое время будут действовать не только стереотипы, но и законодательные ограничения в развитии судоходства, энергетики, химической и нефтяной промышленности. Очевидно, что разработка углеводородного сырья будет сдерживаться также недостаточной геологической изученностью Среднего и Северного Каспия.

Есть ли нефть на Каспии :

Мировую известность Каспию принесло черное золото не только волжских, но и Бакинских промыслов. В 1901 году добыча нефти в Каспийском бассейне составила 93% общероссийского и половину мирового уровня. После распада СССР энергетические ресурсы Каспия привлекли внимание нефтяных компаний всех континентов. Но десятки скважин, пробуренных на контрактных структурах азербайджанского шельфа, принесли ожидаемое разочарование. Надежды, что южное побережье Каспия станет филиалом Персидского залива, стоят меньше затрат на строительство трубопровода Баку-Тбилиси-Джейхан и напряженности между южными соседями из-за перспективных структур, на поверку оборачивающихся пустыми ямами. Тем не менее, после окончания строительства нового экспортного трубопровода не составляет большого труда заполнить его нефтью северокаспийских месторождений. Для этого достаточно ограничить проход нефтяных танкеров по Босфору и Дарданеллам после очередного крушения "престижа". Бриллианты первой величины в короне Каспия - Тенгизское нефтяное и Астраханское газоконденсатное месторождения - входят в первые десятки углеводородных хранилищ Мира. Их запасы, по меньшей мере, на порядок больше, чем извлеченное количество нефти месторождения Нефтяные Камни и декларируемые запасы Шах-Дениза. Однако планы строительства трубопровода четырьмя российскими нефтяными компаниями из Западной Сибири в район Мурманска показывают, что разведка перспективных структур на шельфе Северного Каспия лежит в стороне от магистральных интересов российского нефтяного бизнеса. В лучшем случае, промышленная эксплуатация уже разведанных запасов шельфовых месторождений начнется в 2005 г. В настоящее время нефтяной "бум" в этой части Каспия ограничился заверениями об открытии новой нефтегазоносной провинции и миллиардных запасах Кашаганских месторождений. Реальность нефтяной промышленности состоит в том, что нефтяные столицы переместились на берега Персидского и Мексиканского заливов, Аляску и север Евразии. Без проведения буровых работ о запасах нефти можно говорить также, как и о вкусе халвы. Слаще не станет : Но если суждено сбыться прогнозам о 50 миллиардах долларов иностранных инвестиций в энергетический комплекс Каспийского бассейна, несложно прогнозировать, что золотой дождь обойдет стороной российский сектор.

Цена вопроса

Разведка и добыча нефти на шельфе Каспия сопряжены либо с высоким экологическим риском, либо с затратами на его предотвращение. Природоохранные затраты на платформе "Астра" обходится в 23% общей стоимости проекта. Уверен, что призыв директора КаспМНИЦ С.К. Монахова последовать примеру "ЛУКойла", не найдет отклика нефтяных компаний, не заинтересованных в удорожании разведочных работ. Трудно рассчитывать, что экологические организации откажутся от высказываний об озабоченности инцидентами, периодически происходящими на буровых платформах. Официальная информация о прекращении бурения очередной скважины азербайджанскими нефтяниками из-за сложных геологических условий и данные о разливе "ведра" нефтепродуктов с "Сункара" не способствуют этому. Кроме того, даже современные технологии разведки, добычи, транспортировки и переработки нефти не могут дать полной гарантии от аварий. Тогда как по восточному побережью Северного Каспия добываемую нефтяную эмульсию еще в начале 1990-х годов отстаивали в земляных прудах - нефтяных амбарах образца XIX века. Заключение пакта о ненападении не соответствует интересам нефтяных компаний в современном их понимании и противоестественно природе "зеленых" НПО. Однако балансовые расчеты при исследовании загрязнения Каспия нефтью излишни по другой причине.

Прекращение экологического рэкета не выгодно, в первую очередь, коммерческим организациям, выполняющим наблюдения и исследования за счет финансирования нефтяных компаний. Не обсуждая результатов работ по тестированию газоконденсата и отходов бурения на некоторых представителей каспийской биоты, опубликованных в 2001 г. сотрудниками Дагестанского отделения КаспНИРХ в соавторстве с экологом "ЛУКойл-Астраханьморнефть" А.А. Кураповым, обращу внимание на их преамбулы. "Разведывательные работы и последующая добыча нефти и газа приводят к загрязнению моря углеводородами". "При бурении и эксплуатации нефтегазоносных скважин в море не удается исключить поступления в окружающую среду нефтепродуктов, буровых растворов, шламов и других сопутствующих загрязнителей". Поскольку указанные компоненты с "Астры" не сбрасываются, подобные исследования можно оценивать либо как подготовку биологического обоснования этих операций, либо как синекуру. Жующий рот молчит ... Трофические возможности каспийской экосистемы даже в прошлом были небезграничны. В ближайшие годы серьезный нефтяной инцидент для организаций рыбохозяйственного и природоохранного профиля - манна небесная. Объективно, при прочих равных условиях, максимальный экологический ущерб может принести авария на "Сункаре", опасно географическое положение "Астры". Инциденты в Южном Каспии скорее будут иметь последствия только для Азербайджана. Хотя прибрежные зоны от Апшеронского полуострова до устья Куры уже давно потеряли значение для нагула осетровых, а уловы килек только за последние 2 года сократились минимум в 5 раз, нефтяные компании даже в этом случае рискуют выплатить серьезные компенсации. Выход из заколдованного круга, где нефть противопоставляется рыбе, предложен Барри Комоннером. Описывая теоретические принципы природопользования в социалистических странах, он писал, что только у собственников природных ресурсов имеется экономическая целесообразность в их охране.

Шанс для русского осетра (фантастический сценарий)

Производство российских товарных осетровых в 1999 г. составило около 600 т, что сравнимо с объемом калифорнийского и европейского осетроводства. Обладая приоритетом в разработке биотехнологий, Россия давно потеряла лидерство в этой отрасли. Например, для кормления осетровых целесообразнее использовать не российские, а специализированные датские или финские корма. СП "Русский осетр" на территории Китая не фантастика, а давно свершившийся факт. Практический интерес к культивированию осетровых далеко за пределами их естественного ареала (например, в Чили и Аргентине) не оставляет сомнения, что их генофонд будет сохранен если не в Прикаспийских странах, то за их пределами. В конце XX века объем продаж черной икры составил около миллиарда долларов в год. Потеря заметной доли не только российской, но и каспийской продукции - дело недалекого будущего. Поэтому говорить о насыщенности или свехконкуренции в этом сегменте рынка в ближайшей перспективе не приходится. Причем цены на рыбные деликатесы не слишком зависят от снятия нефтяных санкций с Ирака или последствий выяснения вопроса о финансировании терроризма членами королевской семьи Саудовской Аравии.

Вопрос "надо ли разводить рыбу в водоеме, куда сливается вся грязь с Русской платформы" не совсем корректен. Во-первых, в период расцвета советского военно-промышленного комплекса этой "грязи" было куда больше. Во-вторых, в дельтах и устьевых зонах рек существуют естественные геохимические барьеры, которые задерживают значительную часть не только взвешенных, но и растворенных загрязняющих веществ. В-третьих, превышение концентрации загрязняющего вещества выше ПДК только de jure представляет катастрофу. Предельная концентрация нефтепродуктов установлена по органолептическому признаку, обеспечивающему отсутствие запаха нефти у гидробионтов. С рыбой, которая имела отчетливый запах крезола, мне приходилось сталкиваться неоднократно. Даже после расследования рыбохозяйственных последствий загрязнения р. Урал сточными водами Орского НПЗ (концентрации в тысячи ПДК) могу свидетельствовать, что о рыбе или раках, которые пахнут сырой нефтью, мне приходилось только читать. Кроме того, при химическом анализе загрязняющих веществ редко учитывают вклад природных составляющих. У сплавин макрофитов и на мелководных участках Каспия после шторма концентрации фенолов естественного происхождения достигают сотен ПДК, без каких-либо детектируемых последствий для водных беспозвоночных. Аналогичные компоненты (например, каротиноиды водорослей) есть и в составе углеводородов. Учитывая, что различные вещества обладают не только синергетическим и кумулятивным эффектом, но и являются противоядиями, однозначного ответа на поставленный вопрос просто не существует. Однако, даже будучи вегетарианцем, невозможно отказаться от употребления продукции из районов, не соответствующих рыбохозяйственным требованиям. С точки зрения нормативов, повышение температуры воды на 5оС от естественного уровня является неприемлемым. Но назвать водоем-охладитель ТЭЦ, где бы отсутствовали успешно действующие рыбоводные предприятия достаточно трудно. Наконец после 2000 г. ключевая роль в деградации каспийской экосистемы и ее рыбохозяйственного значения полностью перешла чужеродным видам. После появления мнемиопсиса возможности экстенсивных методов пастбищного осетроводства полностью исчерпаны. Единственный путь сохранения былого рыбохозяйственного статуса Каспия - товарное выращивание осетровых. В лучшие годы уловы бентоядных рыб в Северном Каспии составляли 24 кг/га, в целом по акватории - 4.4, в Азове - 16.3, тогда как в Балтийском, Баренцевом и Белом морях только 0.2-0.3 кг/га. При выращивании сибирского осетра в садках на водоеме-охладителе ТЭЦ была достигнута рыбопродуктивность в 50 кг/м2 за год. Даже при весьма скромных производственных результатах с устройства диаметром около 50 м можно получить 12.5-18 т товарной продукции, что сравнимо не только с результатами программы, финансировавшейся Астраханской областной администрацией, но и с показателями экспериментального садкового хозяйства, некогда существовавшего в Таганрогском заливе. Стоимость прироста килограмма осетровых в 1.3-1.5 долларов (затраты на гранулированные корма) сейчас вполне сравнима с ценой на браконьерскую красную рыбу на юге России. Однако через 50 лет, в течение которых можно эксплуатировать оснастку садков из современных синтетических материалов, они будут наверняка "смешнее" 4-5 рублей за килограмм браконьерской черной икры в середине 1960-х годов. Кроме того, за счет культивирования живых кормов они могут быть снижены на порядок. Затраты на организацию выращивания осетровых в штормоустойчивых садках океанического типа начнут окупаться через 2-3 года, что примерно на порядок меньше ОРЗ - ключевых объектов системы пастбищного осетроводства. Однако ожидать, что на эти цели будет выделено финансирование из бюджета любого Прикаспийского государства, не приходится. Любое новое дело сопряжено с риском. Продолжение финансирования существующих ОРЗ, которые дают отдачу минимум через 10-12 лет, гораздо спокойнее.

Попытки организации садковых хозяйств предпринимались на остатках буровых платформ в Мексиканском заливе. Пилотные исследования проводились также на Туркменском шельфе. Однако подобные опыты в районе Апшеронского полуострова, где ржавеют сотни оснований, а донные отложения занефтеваны на десятки сантиметров, трудно даже представить. Если верить многочисленным публикациям, то уровни загрязнения и состояние биоты в районе "Астры" соответствуют фоновым показателям. Вероятно, технология работ на этой платформе обеспечивает "нулевой сброс" в Каспий загрязняющих веществ и приемлемое тепловое загрязнение. Можно потратить на порядок больше средств и выяснить степень влияния электромагнитных и звуковых полей на каспийских гидробионтов (включая мнемиопсиса). Эти исследования будут иметь широкий интерес в кругах научной общественности. Нет сомнения, что их материалы могут стать также основой нескольких диссертаций (в т.ч. докторских). Однако есть более перспективный и менее затратный путь.

Предположим, что нефтяная платформа по периметру окружена садками с осетровыми, белорыбицей, лососем, кормовыми объектами и носителями для культивирования кормовых моллюсков. Говорить о решении всех экологических вопросов при совмещении рыбоводных объектов и нефтяных платформ не приходится. Охранная зона садков не может быть менее 500 м. Это же расстояние принято в качестве "стандартного" створа при океанографических наблюдениях за уровнем загрязнения. Тем не менее, она содержит в себе элементы компенсационных мероприятий и может приносить ощутимые дивиденды. Системы постановки садковых линий и носителей могут быть совмещены с бонными заграждениями или служить для их стабилизации. Кроме того, они обеспечат защиту платформ если не от террористических актов, то от тарана траулера с экипажем, уверенным, что во всех рыбных бедах виновны нефтяники.

Подобные стереотипы создавались десятилетиями, а попытки оценки вклада промысла в оскудении рыбных запасов нередко заканчивались потерей должности в НИИ рыбохозяйственного профиля. На эту проблему одним из первых обратил внимание А.Н. Державин - создатель и первый директор Бакинской рыбохозяйственной лаборатории. Более полувека назад, будучи академиком АН Азербайджана, он писал: Расцвет мирового осетрового промысла остался далеко позади. На протяжении последних десятилетий наблюдается повсеместное, местами катастрофическое, оскудение осетровых запасов. Анализ этого процесса не позволяет видеть в нем естественное исчезновение доживающих свой век, обреченных на вымирание реликтов древней фауны. Несмотря на некоторые биологически невыгодные особенности жизненного цикла, ряд осетровых рыб проявляет большую видовую устойчивость. В условиях нерационального хозяйства осетровые рыбы разделяют участь всех остальных проходных рыб. В быстроте этого процесса у осетровых рыб следует видеть не проявление слабой приспособленности их в борьбе за существование, но результат особенно интенсивного преследования.

 

О сайте Каспинфо

Полезные ссылки

Поиск

Подписка на новости Каспинфо:

<> <>

© Crude Accountability, 2003 webmaster